Федор Петров

Мы завершили второй сезон раскопок Синташты II

Недавно мы завершили второй сезон раскопок поселения Левобережное (Синташта II, Комсомольское) в Брединском районе Челябинской области. Уже второй год этот археологический памятник является единственным поселением так называемой «Страны городов» эпохи бронзы, на котором проводятся археологические раскопки.



Активное участие в организации и проведении работ нашего отряда археологической экспедиции Челябинского государственного историко-культурного заповедника "Аркаим" приняли: заведующая отделом археологии УНЦ ЧелГУ Наталья Батанина, хранитель фондов музея заповедника Надежда Малая, а также студенты 4 курса историко-филологического факультета ЧелГУ Николай Петров и Людмила Боронина. На базе полевого отряда проходили летнюю полевую практику студенты экологического факультета ЧелГУ (руководители Анна Плаксина и Лада Маркова) и обучались в летней полевой школе юные археологи из клуба «Формика» (руководитель Сергей Марков). В работе отряда приняли участие многочисленные волонтеры из разных городов Урала, а также  специалисты Заповедника «Аркаим», ЧелГУ, Института геофизики УрО РАН и Питсбурского университета. Серьезную помощь работе отряда оказывала администрация поселка Комсомольский, Комсомольская средняя школа и агрофирма «Комсомольский».


В южной части поселения был полностью выполнен и затем рекультивирован раскоп площадью 192 кв. м, для уточнения границ памятника было заложено 8 шурфов, всего на памятнике в этом году было вскрыто 200 кв. м, как правило, очень непростого для раскопок, сильно засоленного твердого грунта.

По итогам проведенных раскопок, дополнительной тахеометрической съемки и новых геофизических исследований была уточнена структура археологического памятника, выявлены остатки древнего жилища на участке, который ранее считался уничтоженным, и еще одного жилища за пределами внешнего рва и обводной стены поселения. К западу и частично к северу от поселения непосредственно за его стенами обнаружены довольно протяженные участки со следами древней хозяйственной деятельности, в том числе связанные с металлургическим процессом, выполнявшимся на раннем, синташтинско-петровском этапе существования поселения.
К этому же этапу истории памятника был отнесен исследованный раскопом фрагмент внешнего рва поселения. Ров имел глубину в материковом грунте более полутора метров и ширину по верхним очертаниям около трех метров. В нижней части рва обнаружены многочисленные углистые прослойки, вероятно, связанные с происходившим на поселении пожаром или пожарами. Аналогичные углистые слои были зафиксированы в нижней части заполнения исследованных на территории древнего жилища ранних хозяйственных ям. Основное заполнение рва образовано завалом обрушенной в него части внешней обводной стены и перекрывающим ее слоем мощного зольника. Вероятно, на поздних этапах существования памятника сюда выгребали золу из очагов и печей.

Располагавшаяся за рвом на раннем этапе существования поселения обводная стена оказалась полностью разобранной на этом участке памятника еще в древности. Вероятно, это произошло в черкаскульско-межовский период истории поселения. Судя по фрагментам рядов неглубоких столбовых ямок, на месте бывшего расположения стены были возведены какие-то хозяйственные постройки.
К северу от рва раскопом была исследована значительная часть поврежденного песчаным карьером котлована крупного жилища эпохи бронзы, углубленного в материковый грунт на глубину до одного метра.  Жилище имело подпрямоугольную форму и было вытянуто в субмеридиональном направлении. Судя по остаткам строительных конструкций, оно было построено в традиции каркасно-столбовой архитектуры; по меньшей мере один ряд деревянных столбов вдоль края котлована составлял основу его стен, а два параллельных ряда столбов в центральной части жилища поддерживали кровлю. Данная архитектурная традиция в степном Зауралье фиксируется начиная с синташтинской культуры у целого ряда археологических культур эпохи бронзы (петровская, срубная, алакульская, черкаскульская). В центральной части жилища были исследованы очаги двух типов – каменные выкладки и немного углубленные в материковый грунт основания грунтовых очаговых конструкций.


Вдоль западной стены на уровне пола жилища были обнаружены развалы и крупные фрагменты более чем десяти сосудов раннесрубного и черкаскульского, а также черкаскульско-межовского облика. Вероятно, именно с этими культурами было связано основное функционирование исследованной жилищной конструкции.


Обнаруженные в заполнении котлована жилища довольно многочисленные фрагменты керамики синташтинского, петровского и раннеалакульского времени залегали в верхней части этого заполнения и имели, судя по всему, переотложенный характер. Вероятно, исследованное жилище было сооружено на месте более раннего синташтинского или синташтинско-петровского жилого сооружения; при этом за счет более глубокого котлована оно в основном разрушило остатки конструкций своего предшественника.


С ранним синташтинским или синташтинско-петровским периодом существования поселения мы можем связывать исследованный раскопом внешний ров, две хозяйственные ямы у западного края жилища и колодец, обнаруженный и раскопанный к югу от жилища, там, где оно смыкалось в древности с внешней обводной стеной. В заполнении всех этих сооружений были обнаружены только ранние материалы, раннюю позицию одной из этих ям убедительно подтверждает стратиграфическая ситуация, вторая яма могла использоваться для деятельности, связанной с технологией металлургического процесса, в ее заполнении найдены многочисленные крупные фрагменты шлаковых лепешек, ошлакованная синташтинская керамика и развал, возможно, еще более раннего керамического сосуда.


Исследованный колодец находился в той части раскопа, где песчаный карьер срезал до полуметра массив материкового грунта, в котором и располагалась несохранившаяся верхняя часть колодца. Судя по всему, изначально колодец имел глубину около 2,6 м, но до нашего времени он сохранился только в своей средней и нижней части на два с небольшим метра от уровня дна. Колодец представляет собой углубление в материковом грунте почти правильной округлой формы диаметром до 0,8 м с практически вертикальными стенками. Его заполнение почти однородным темным гумусированным грунтом с отдельными угольками, костями животных и фрагментами керамики синташтинского и петровского времени, при этом практически без материковых затеков, говорит о том, что он был сознательно засыпан, а не разрушался естественным путем. Нижняя часть колодца на 70 см углублена в современный водоносный слой и заканчивается существенно более плотным дном, на котором был обнаружен развал интересного сосуда баночного типа.



Полученная в ходе исследований поселения коллекция насчитывает в этом полевом сезоне 1122 единицы хранения. Она оказалась существенно насыщеннее и интереснее, чем коллекция по результатам исследований прошлого года, в ней гораздо больше развалов и крупных фрагментов сосудов, фрагментов металлургического шлака, галечных лощил, каменных макроорудий, сплесков и черновых слиточков меди и бронзы; впервые присутствуют многочисленные фрагменты медной руды (малахита) и готовые бронзовые изделия (рыболовный крючок и металлический стержень).
Наиболее яркие материалы из этой коллекции уже представлены на выставке в музее Заповедника «Аркаим». Ее открытие в течение буквально нескольких дней после завершения работы полевого отряда стало возможным благодаря напряженной работе хранителя фондов заповедника Надежды Малой и главного хранителя фондов Натальи Татаринцевой.



В окрестностях поселения под руководством Натальи Батаниной была проведена археологическая разведка, в результате которой были выявлены и обследованы новые многочисленные памятники  разных эпох, в том числе курганные могильники и новое поселение эпохи бронзы, в шурфе на площадке которого был найден крупный фрагмент сосуда алакульско-федоровского облика.
Так и задумывал наш бывший директор Геннадий Борисович) Вообще-то первое название того поселения было Утяганское, коллекции с раскопок так и зашифрованы с буквенным обозначением "У": 295У. А наименование горки Аркаим, расположенной в нескольких километрах от поселения, было притянуто к нему именно для красоты, имиджа и загадочности)) Ну и за ради корневой части "ар", полагаю...
Раскоп красивый
Федор, приветствую! Раскоп красиво смотрится! Но, что было потом, после раскопок? Просто засыпали?
Re: Раскоп красивый
Добрый день, Павел! Да, конечно засыпали, точнее рекультивировали - мы обязаны это делать согласно действующей методике, у нас просто отчет не примут без фотографий рекультвированного раскопа.

Если уже завершенный раскоп оставить стоять открытым, то его борта будут размываться дождями и талыми водами, будет гибнуть культурный слой нераскопанной части археологического памятника.
Re: Раскоп красивый
Я в курсе о требованиях ОПИ! Но, раскоп, подобный вашему в потенциале он достоин стать основой для реконструкции. Такие потенциальные раскопы целеесообразно засыпать песком, а не раскопным грунтом и ставить капитальные реперные точки. Мы так делали пару раз.
Re: Раскоп красивый
Павел, капитальные реперы мы установили, тем более что планируем работать там еще много лет. А раскоп - ну, на памятниках этого типа я работаю уже больше тридцати лет, конечно сначала просто лопатой работал: школьником, студентом, потом на планшетах и т.д., участвовал в раскопках Синташты, Аркаима, Устья, Аландского, Куйсака, Бесуата, Каменного Амбара - так по сравнению со многими раскопами на этих памятниках наш вполне себе "средненький", мы же его сознательно заложили на разрушенной части поселения, фактически - в старом карьере. И я за свою жизнь участвовал в нескольких попытках музеефицировать раскопы на таких памятниках - и готовили их для этого по-всякому, на Устье вот вообще не засыпали и отвалы таскали в сторону за сотню метров; на Куйсаке по заданию Г.Б. Здановича раскоп засыпали соломой, и т.д. Из всех этих проектов только на Аркаиме был музеефицирован только один, относительно небольшой раскоп, и то в форме новодела, а не так, как это хотелось; во всех же остальных местах проблема уткнулась в отсутствие средств, которых надо очень, очень много - и не разово, а на постоянной основе.

В общем если вдруг появится реальная финансовая возможность к музеефикации -мы специально под нее сделаем раскоп на этом же поселении, и не хуже, а лучше этого) А без реальных перспектив об этом всерьез думать, мне кажется, особого смысла нет.

Edited at 2017-09-11 04:36 am (UTC)